Steen *** (nektosteen) wrote,
Steen ***
nektosteen

Categories:

Приемы манипуляции сознанием

Сергей КАРА-МУРЗА
Сергей СМИРНОВ

МАНИПУЛЯЦИЯ СОЗНАНИЕМ 2


Раздел 13
НАВЕШИВАНИЕ ЯРЛЫКОВ (ОБОБЩЕНИЕ)

Краткое описание


Навешивание ярлыков, или обобщение каких-либо качеств, применительно к конкретной личности, общности или к историческому явлению, является простым и достаточно эффективным приемом манипуляции.
Некоторые качества (особенности), не свойственные предмету манипуляции вообще или свойственные в незначительной степени, гипертрофируются. По утверждению манипулятора, предмет манипуляции становится чуть ли не воплощением, олицетворением этих качеств. Задача манипулятора — заставить реципиента поверить, что именно такие свойства присущи предмету манипуляции, что они являются для него определяющими и главными. А все противоположные по значению ему не свойственны вообще (чаще доказывается, что «противоположные» качества являются для предмета манипуляции просто-таки невозможными, немыслимыми и недопустимыми).

13.1. Навешивание отрицательных ярлыков («Демонизация»)
Подробное описание


В рассматриваемом случае предмету манипуляции приписываются некие ужасные, чудовищные качества или поступки. Затем манипулятор объявляет, что именно эти плохие качества свойственны данному предмету и полностью определяют его характер.

И наоборот: никакие хорошие, положительные и добрые качества рассматриваемому предмету манипуляции не только не свойственны, но и чужды. А если «что-то там» хорошее у него и было — это крайне редкая частность, исчезающее малая величина или просто ложь, маскировка («чтобы прикинуться хорошим»). В результате перед реципиентом предстает образ некоего чудища, монстра, которому не место на Земле и которое нужно без сожаления уничтожить («демона»).

Манипулятор ставит своей целью доказать, что жалость, сострадание, поиск положительных качеств в данном предмете манипуляции не имеют смысла и просто опасны — нужно поскорее этого «демона» стереть в порошок, разрушить...

«Демонизация» часто сопровождается эпатажем и паразитированием на эмоциях (7.3) реципиента. Эмоциональные оценки «демона» крайне резки и гипертрофированны. Манипулятор расписывает его «грехи», смакуя «душераздирающие» подробности, апеллируя к частным случаям (страдания отдельных людей, разрушение отдельных зданий и пр.) и преподнося их как системные, характерные для данного предмета манипуляции. Важно знать: предмет манипуляции, подвергаемый «демонизации», готовится манипулятором к уничтожению. Сама «демонизация» имеет целью не допустить, чтобы реципиент встал на защиту предмета манипуляции.

Навешивание отрицательных ярлыков, «демонизация» предмета манипуляции является, пожалуй, одним из наиболее «традиционных» приемов манипуляции сознанием.

Если манипулятору нужно что-то для него опасное представить в «ужасном», чудовищном виде, чтобы жертвы манипуляции (аудитория) с омерзением от этого отшатнулись и, соответственно, бросились в гостеприимно распростертые объятья манипулятора, но тратить время на придумывание каких-то сверхмудрых сказок или комбинаций жалко (или просто лень) — самое время охарактеризовать это «что-то» ужасными словами, припомнить ему все его реальные или вымышленные грехи. И на этом построить простейшее, по сути, доказательство: вот какое плохое то, о чем я вам говорю! Оно целиком ужасно, мерзко — неужели вы можете относиться к такой отвратительной вещи (явлению, системе взглядов, моральному кодексу и пр.) положительно?! Для большей убедительности манипулятор выпячивает все недостатки предмета манипуляции, демонстрируя исключительно их, убеждает жертву, что именно эти плохие качества объекту только и присущи...

[Примеры]В реальности это выглядит следующим образом. Вот статья Селесты Уолландер «В Беларуси царят страх и надежда», «Los Angeles Times», 6 марта 2006 года. Название уже говорит само за себя, а «ужасный тоталитарный режим последнего диктатора в Европе Александра Лукашенко» представляется в роли «генератора» ужаса и кошмара для населения целой страны. Статья ориентирована на западного, в первую очередь на американского читателя — отсюда и ее откровенный кретинизм:

[текст статьи] «Люди, не желающие, чтобы президент-диктатор переизбрался на третий срок, избрали символом сопротивления зажженные свечи и джинсы.
В Минске, где здания серы, небо пасмурно, а сталинская архитектура — давяще монументальна, инакомыслящие бросают вызов последней диктатуре Европы, зажигая огни и надевая джинсы.
Каждый месяц 16-го числа в столице и по всей стране тысячи граждан ровно в восемь вечера выключают электричество в домах и зажигают свечи — символ свободы и демократии. Одни выбрали именно эту дату, потому что 16 сентября 1999 г. бесследно исчезли бизнесмен Анатолий Красовский и политик Виктор Гончар. Их тела так и не были найдены.
Беларусь лишь недавно стала независимым государством. На протяжении почти всей своей истории она входила в состав Литвы, Польши или России. В 1991 г., в момент распада СССР, страна провозгласила независимость. С тех пор, как в 1994 г. президентом был избран Александр Г. Лукашенко, в Беларуси сформировался один из самых репрессивных режимов на территории бывшего СССР.
Режим приравнивает критику в свой адрес к уголовному преступлению, бросает за решетку или терроризирует политических соперников. Мало того, власти обвиняются в причастности к исчезновению людей — политических оппонентов и независимых журналистов. По словам экспертов, помимо Красовского и Гончара, «пропали без вести» не менее 100 противников Лукашенко.
За последние два года мы стали свидетелями «оранжевой революции» на Украине, «революции роз» в Грузии и «революции тюльпанов» в Кыргызстане. В Беларуси символом сопротивления стала джинсовая ткань. Молодежь носит джинсовую одежду, выражая стремление видеть свою родину демократической страной, неотъемлемой частью Европы и мирового сообщества в целом.
Однако нет никаких признаков того, что подобных перемен можно ожидать в ближайшем будущем. На 19 марта назначены президентские выборы, но правозащитные организации — да и американские чиновники в беседах «без протокола»— предостерегают, что Лукашенко, по всем признакам, не остановится ни перед чем, чтобы обеспечить себе переизбрание на третий срок. Так, недавно он пригрозил: в случае любых провокаций «мы так ломанем, что мало никому не покажется.
Мы церемониться не намерены». Что ж, похоже у граждан Беларуси есть все основания опасаться своего президента.
Тем не менее акции протеста продолжаются. 16 февраля несколько сот демонстрантов не побоялись провести мирную вахту памяти: с зажженными свечами они вышли на улицы и площади Минска. Власти отреагировали в чисто советском духе: внутренние войска разогнали демонстрацию.
На прошлой неделе полицейские избили и задержали Александра Козулина — одного из оппозиционных кандидатов на президентских выборах. Другому кандидату от оппозиции— Александру Милинкевичу— представители властей запретили в назначенный день провести публичную встречу с избирателями. Когда он все же пришел на митинг на площади Свободы в Минске, где собрались тысячи его сторонников, площадь окружила тысяча полицейских со щитами и дубинками. Несмотря на это, предвыборный митинг продолжался. Подобными акциями гражданского неповиновения граждане Беларуси показывают, что террор в советском духе не способен парализовать их волю.
Власти США не стесняются называть вещи своими именами, критикуя режим Лукашенко. На прошлой неделе президент Буш принял в Белом доме жен двух «пропавших без вести» — Ирину Красовскую, супругу исчезнувшего бизнесмена, и Светлану Завадскую, жену пропавшего журналиста Дмитрия Завадского. После избиения Козулина на прошлой неделе советник президента США по национальной безопасности Стивен Хэдли (Stephen Hadley) отметил, что «международное сообщество не проявляет должного возмущения и не уделяет достаточного внимания происходящему в Беларуси».
И он прав. Поэтому 19 марта обратите внимание на свечи в руках белорусов, обратите внимание на джинсы — ведь это не просто одежда, а символ мужества. Пусть международные СМИ и неравнодушная мировая общественность покажут всему миру, что авторитарный режим Лукашенко уже трещит по всем швам. Поддержите право белорусов выбирать собственных лидеров с соблюдением человеческого достоинства.
Мы не знаем, осмелятся ли граждане Беларуси выйти на улицы, протестуя против подтасованных выборов, мы не знаем, будут ли эти акции протеста подавлены властями, мы не знаем, когда в этой стране произойдет смена режима. Но мы должны отмечать и приветствовать пробуждение гражданской активности людей после долгого оцепенения — «зимней спячки» страха».


[разбор]Вряд ли стоит комментировать «перлы», вроде «джинсы — символ стремления видеть свою родину демократической страной, неотъемлемой частью Европы и мирового сообщества в целом». Исходя из этой логики, активисты АКМ, НБП и КПРФ, приходящие на свои мероприятия в джинсах, стремятся видеть свою Родину «частью Европы и мирового сообщества». Впрочем, как уже говорилось, статья написана для западного обывателя — исключительно тупого и манипулируемого в основной своей массе.

Гораздо интереснее то, каким представляет автор статьи общую атмосферу «тоталитаризма и страха» в столице Белоруссии. Террор, «милицейские дубинки и щиты ОМОНа», «внутренние войска, в советском духе разгоняющие демонстрацию», «избиение» одного оппозиционного кандидата, «препятствие другому выступать на митинге» и прочие «ужасы» (4.1, 14.1, 14.4, 14.6, 14.7, 25). «Пропадающие без вести оппозиционеры», которых, «по словам экспертов,... не менее 100» (паразитирование на авторитете, 7.2 — каких «экспертов»? Откуда они, кто такие? Кто им гранты оплачивает? И насколько они объективны?)...

Автор приплела сюда, для пущего «кошмара», «давящую, серую, монументальную сталинскую архитектуру» и даже погоду: небо пасмурно. Манипулятор использует любые приемы, лишь бы вызвать у читателя ощущение тревоги, страха и безысходности. Такая технология часто используется в Голливуде. Стоит вспомнить, как в экранизации трилогии Толкиена показаны страна хоббитов — яркие и жизнерадостные краски; страна эльфов — краски более однотонные, но не мрачные, а романтические. И Мордор, где все краски мрачные, мертвенные и однотонно-угнетающие.
В рассматриваемой статье так же используются все приемы, лишь бы убедить читателя, какой кошмар творится в Белоруссии.

Замечу, что тот, кто бывал в современной Белоруссии, читает эти «страсти-мордасти» со смехом. К примеру, пишущий эти строки в течение почти двадцати минут в сквере в центре Минска слушал, как ребята-студенты рассказывали анекдоты «про Луку». Дождаться «тоталитарных карателей» не удалось: у ребят кончилось пиво и они уныло побрели к ближайшей остановке...

В другой раз автор книги был искренне изумлен, когда в ответ на вопрос молоденькой и симпатичной продавщице в газетном магазинчике (кстати, государственном) «девушка, а у вас оппозиционная пресса в продаже есть?», он услышал: «Да, а какую вам газету? Их у нас много!» Выбор и впрямь оказался впечатляющим. Причем во всех оппозиционных изданиях про Президента Лукашенко было написано такое, за что и в Москве, и в Киеве (не говоря уж про «розовый Тбилиси»), если бы там продавались газеты с оскорблениями местных президентов, магазин просто закрыли бы. Такой вот «звериный оскал тоталитаризма»...

Вернемся к статье американской журналистки. Использование всех ее приемов преследует главную цель — создать из Белоруссии образ несчастной страны, изнывающей под гнетом кровавого диктатора. Создающийся манипулятором образ должен быть совершенно однородным; все, что относится к неугодной Вашингтону политической системе представляется как исчадие зла, нечто абсолютно отрицательное. И, как следствие, подлежащее уничтожению (приведенный вывод, 9: раз плохое, недемократичное, «не как у нас», «плохие парни» — нужно уничтожить); подготовка американского общественного мнения к одобрению вмешательства во внутренние дела Белоруссии есть главная цель такого рода материалов.

Одновременно все, что настроено в Белоруссии «против диктатуры», выставляется в однозначно положительном свете. Разумеется, не упоминаются ни воровство «анти-лукашенковской оппозиции» («сияющее обобщение», 13.2), не ее абсолютная продажность. Никто и не скрывает, что она живет исключительно на траншах западных спецслужб; все к этому уже привыкли. Но об этом как раз не говорится — эта информация манипулятором опускается (специально подобранная информация, 14.6).


С помощью такой технологии навешивания соответствующих ярлыков у читателя должно быть создано соответствующее представление о ситуации в Белоруссии, раскладе политических сил и вообще — «кто есть кто», кто там «злой», а кто «хороший парень».

Вот пример «демонизации», используемой в дискуссии.

Передача «Времена» с Владимиром Познером», эфир 29 января 2006 года. Обсуждается недавнее решение Парламентской ассамблеи Совета Европы признать преступными все коммунистические режимы в истории. Ведущий, В. Познер, задает вопрос:

[текст]«...Но я бы вам хотел задать для' начала два вопроса, которые всех должны интересовать. Первый: почему спустя 15 лет ПАСЕ ставит этот вопрос [о признании коммунистических режимов, в том числе СССР, преступными]? И второй: почему на самом деле это вызывает такую негативную реакцию у представителей новой России?»

Отвечает публицист либерально-проамериканского толка А. Кабаков:

«А. Кабаков: Меня меньше всего интересует вопрос, почему именно через 15 лет. Но меня очень заинтересовало то, что сказали Геннадий Андреевич [Зюганов, говоривший о левых тенденциях в мировой политике] и Александр Андреевич [Проханов, утверждавший, что в мировой политике доминируют либеральные тенденции]. С Геннадием Андреевичем я согласен, все дело в покраснении мира. Все дело в том, что происходит в Латинской Америке, все дело в том, что, на мой взгляд, происходит и в Европе, где тоже абсолютно налицо полевение. И в этом смысле я не согласен с Александром Андреевичем. Никакой экспансии либерализма в последнее время нет, а есть, на мой взгляд, серьезнейший кризис либерализма. Но именно поэтому, я думаю, сейчас и своевременно поставить вопрос о преступности, нигде не сказано, Советского Союза, советской власти, сказано — тоталитарных коммунистических режимов. И то, что сейчас происходит на южноамериканском континенте, когда выступают такие фигуры, как Уго Чавес, например, именно это навело на мысль инициаторов резолюции. Я не знаю кого, меня, например, наводит на мысль, что если сейчас не напомнить о том, чем это кончается, то этим и кончится. Вы понимаете, о чем я говорю, да?

Ведущий (В. Познер): Я понимаю.

А. Кабаков: Если не напомнить о том, что коммунистическая идеология, которая создала коммунистические режимы, рано или поздно через эти режимы приходит к тоталитаризму и, следовательно, к преступной организации общества, то все пойдет дальше. Уго Чавес будет восприниматься именно так, как он воспринимается — борцом за свободу».


[разбор]В данном случае не имеет смысла рассматривать интереснейший момент: два виднейших левых идеолога — Зюганов и Проханов — говорят вещи, принципиально противоположные. Важно, что Кабаков сознательно ставит знак равенства между «тоталитаризмом», «коммунизмом» и «преступной организацией общества». Уже в выстраивании этой смысловой цепочки (одно утверждение автоматически следует из другого) применяется использование допущений как аргументов (10), «лукавые термины» («тоталитаризм», «преступная организация общества» — 15.1) и навязывания жертве своего мнения (манипулятор даже не оговаривается, что кто-то может считать иначе, например, что в России, благодаря либеральным реформам «организация общества» как минимум не менее преступная, нежели в СССР четверть века назад — 26). Здесь также присутствует еще и «кретинизация» вопроса (5.3). В одну «кучу», именуемую им «коммунизмом», манипулятор пытается свалить столь разные явления, как советский «коммунизм» (если кто забыл: «коммунизм» в СССР декларировался как цель, которая так и не была достигнута), «коммунистическую идеологию» «красных кхмеров» Пол Пота, которых успешно били и свои, кампучийские, и вьетнамские коммунисты, и нацио
налистический «социализм» КНР.

Главное же, что добивается манипулятор подобной трактовкой вопроса, — навесить на «коммунистические» идеологии однозначно отрицательный ярлык, придав им облик исчадий ада. Это типичная «демонизация»: сваленные, как отмечалось, в одну «кучу» разнородные политические и даже культурно-цивилизационные течения объявляются чем-то одним «нехорошим», заслуживающим осуждения.

Манипулятор, правда, пытается найти лазейку, чувствуя логическую нестыковку: «нигде не сказано, Советского Союза, советской власти, сказано — тоталитарных коммунистических режимов». Этим он стремится вывести из обсуждения пример СССР, который ни один нормальный человек не назовет преступным (что — и Гагарин тогда «преступник»?!). Однако это — ложь прямая (18.1): сама по себе резолюция ПАСЕ действительно не содержала ЮРИДИЧЕСКИ оформленных претензий в адрес СССР-России. Однако инициаторы этой резолюции, «страны Балтии» и Польша, вряд ли стали бы выдвигать претензии к столь «близкой» к ним полпотовской Кампучии. А вот «вина» СССР у них стала уже дежурной темой.

Таким образом, «уходя» от детализации и объяснений, манипулятор вешает на ВСЕ «тоталитарные коммунистические режимы» ярлык «абсолютного, необсуждаемого зла».

Сюда же он приплел такого типичного «тоталитарного коммуниста», как Уго Чавес. Это объясняется тем, что для человека ортодоксально европоцентристского, «американоцентристского» всякий, кто не принимает навязываемый евро-американской Системой порядок действий, является опасным бунтовщиком и потенциальным «чудовищем»-коммунистом.





Tags: читать медленно и думать!
Subscribe
promo nektosteen october 9, 2017 16:00 142
Buy for 10 tokens
Вот есть некая особь гомо, вид сапиенс сапиенс, конкретная единичная особь, взятая в любой момент времени и в любом месте. У этой особи ОДНА потребность, единственная и неизменная - жить в социуме. Других потребностей у этой особи нет и быть не может. Эта потребность у него существует всегда и…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments